Поиск ключей и шифров

Автор: Iroshninov. Опубликовано в О секретных договорах правительств

is-4Очень скоро, однако, выяснилось, что, к сожалению, «дело» оказалось «сделанным» лишь наполовину. Ключей от находившихся в помещении архива знаменитых «бронированных коммат», где и хранились самые важные секретные дипломатические документы, попрежнему не было: они оставались в руках продолжавшего скрываться старшего товарища министра иностранных дел Нератова.

Чиновники же бывшего МИД, столкнувшись с твердой решимостью представителей Наркоминдела немедленно и действительно взять в свои руки дела, шифры и ключи министерства, тотчас же объявили в ответ полный бойкот новой власти. Угрозами и уговорами, обманом и клеветой - все средства были пущены в ход - саботажники добились и того, что даже те весьма немногочисленные служащие, которые доброжелательно отнеслись к предложениям представителей Советской власти выполнять свои обязанности, теперь заявили, что «из товарищеской солидарности они это сделать не могут».

Перестали работать все департаменты и отделы бывшего министерства, не велись даже неотложные дела. «Чиновники министерства иностранных дел,- отмечал Е.Д. Поливанов,- обрекли на голодную смерть наших военнопленных в Германии и Австрии, прекратив высылку им денег. Это называется на их языке забастовкой протеста против большевистской власти».

Описывая происшедшее в стенах бывшего МИД в дни Великого Октября, Ю.Я. Соловьев, один из немногих старых дипломатов, признавших Советскую власть и не вступивших на путь саботажа, с полным основанием утверждал впоследствии: «Царское министерство иностранных дел и в довоенное время было оторвано от овоей страны. Это же сказалось и в 1917 году».

Лишь младшие служащие и технический персонал (курьеры, упаковщики, сторожа, прислуга, рабочие типографии МИД) встали на сторону революции. Прослужившие много лет в бывшем МИД курьеры С.П. Денисов, Н.И. Иванов, Т.Ф. Киселев, П.Г. Махотин, Я.И. Устиненков, делопроизводители А.В. Здзеницкий и И.К. Лысенко, дворник А.К. Николаев, рабочие-печатники А.И. Иванов и Н.П. Немчинов и их товарищи сумели оказать помощь в ликвидации последствий антисоветского саботажа чиновничьих верхов, они явились и первыми незаменимыми «консультантами» по многим вопросам повседневной деятельности бывшего министерства и одними из первых нароминдельцев, энергично выполнявшими все, что требовалось.

Среди материалов, сохранившихся с тех памятных дней, имеется один небольшой документ, оставивший для истории скупые, но красноречивые сведения об одном из этих скромных тружеников. Вот его текст: «Пакет для посланника бельгийского получил. Швейцар Скоробогатов, 8-го ноября 1917 года в 12 часов ночи, от Народных Комиссаров».

В этих условиях Центральный комитет РСДРП (б), Совет Народных Комиссаров и лично Ленин проявили исключительное внимание к налаживанию деятельности Наркоминдела. «Первый комиссариат, который мы здесь (в Смольном) организовали, был комиссариат по иностранным делам», - вспоминал впо- следствии управляющий делами СНК В.Д. Бонч-Бруевич.

Весь его аппарат тогда состоял всего из двух человек, расположившихся в одной из комнат третьего этажа Смольного, неподалеку от помещений Совнаркома и кабинета Ленина. Ленин стоял в центре всей работы, используя для этого партийный аппарат, аппарат ВЦИК, ВРК и Совнаркома.