Когда слова расходятся с делом

Автор: Orlov. Опубликовано в Факты и мифы второй мировой войны

14Заверения о том, что в 1943 году такой фронт будет создан, остались пустым звуком, обманом, причем преднамеренным. Сегодня мимо такого факта трудно пройти даже историку, далекому от симпатий к коммунизму.

«Русские были обмануты в отношении вторжения через Канал, замечает американский исследователь Р. Бейтзелл. Раз за разом Сталину говорили, что его союзники нанесут удар осенью 1942 года (в августе или в сентябре), весной 1943 года, в августе или в сентябре 1943 года и, наконец, весной 1944 года».

«Фальшивая игра», так весьма точно охарактеризовал поведение правящих кругов США и Великобритании Р. Бейтзелл1.

И действительно, приняв решение на двухсторонней конференции в Касабланке в конце января 1943 года не открывать второй фронт в 1943 году, западные руководители проинформировали об этом советскую сторону лишь в мае 1943 года. Взамен как эквивалент второго фронта вновь предлагалось рассматривать «стратегическое воздушное наступление» на Германию.

«Фальшивой игрой» была вся англо-американская «стратегия без риска». Риск в принципе противоречил ставке на максимально возможное ослабление СССР в ходе борьбы против Германии. Американский историк Р. Феррел указывает на решающую роль классового, антикоммунистического мотива в подобной стратегии.

В случае неудачной высадки во Франции и «невосполнимых потерь» произошла бы, по мнению западных стратегов, «коммунизация всей Европы вследствие неспособности США и Великобритании противопоставить русским мощную армию в Центральной Европе»2. Весьма уместно в данном случае напомнить рассуждения Черчилля по поводу послевоенного положения в Европе, относящиеся к 21.10.1942 года.

Он признавался тогда, что его «мысли сосредоточены в первую очередь на Европе на возрождении величия Европы, колыбели современных наций и цивилизации... Конечно, нам придется во многих отношениях работать с американцами, но Европа является нашей первой заботой, и мы, конечно, не хотим замыкаться на общении с русскими и китайцами, когда шведы, норвежцы, датчане, голландцы, бельгийцы, французы, испанцы, поляки, чехи и турки будут иметь свои жгучие проблемы, будут гореть желанием получить от нас помощь и достаточно сил, чтобы заставить выслушать их»3.

Так, в разгар войны Черчилля одолевали грезы и амбиции увидеть Великобританию во главе Европы, противопоставленной Советскому Союзу. Кому же принадлежит на самом деле идея «раскола» Европы?

И разве не Соединенные Штаты подхватили ее от «младшего партнера» после войны и реализовали в виде нацеленного против стран социализма блока НАТО? Чего стоят после этого попытки реакционных кругов Запада обвинить в «расколе Европы» СССР?

1 Beitzell R. The Uneasy Alliance: America, Britain and Russia,
   1941-1942. N.Y., 1972, p.62, 357.
2 Ferrel R. George Marshall 1947-1949. N.Y., 1966, p.16.
3 Churchill W. Op.cit., vol.4, p.562.