«Право» на исключительное положение

Автор: Orlov. Опубликовано в Факты и мифы второй мировой войны

3«Вторжение», «удар через Ла-Манш», «великий крестовый поход» сегодня кое-кто на Западе предпочитает не употреблять привычное понятие «открытие второго фронта», точно определяющее место этого события в истории войны.

Пышные названия операции призваны убедить всех, что освобождение Европы пришло из-за океана. Для послевоенной европейской истории предлагается новая точка отсчета - не 09.05.1945 года, когда на континенте установился мир, а 06.06.1944 года, когда западные союзники во главе с США начали свою «миротворческую миссию».

Такую позицию современные «крестоносцы» из-за океана заняли неспроста. Налицо попытка «перекинуть мостик» в сегодняшнюю агрессивную, милитаристскую политику США. «Мессианский дух», резюмируется в упомянутом номере журнала «Time», если он иногда и присутствовал в американской внешней политике послевоенных лет, восходит отчасти к операции в Нормандии». «Именно в Нормандии, - заявляет обозреватель газеты «International Herald Tribune» М. Доббс, Соединенные Штаты были официально наделены глобальной ответственностью»1. Подоплека подобных оценок достаточно ясна.

Американский империализм, задающий тон в правящих кругах НАТО, стремится любыми средствами компенсировать ускользающие от него позиции в историческом соревновании с мировым социализмом. К таким средствам относятся и попытки использовать перекроенную на свой лад историю. Заокеанские стратеги видят свою «сверхзадачу» в том, чтобы обеспечить для НАТО военное превосходство над социалистическим содружеством, а для США мировую гегемонию.

С помощью исторических параллелей западноевропейцев пытаются убедить, будто ракетно-ядерные приготовления США в Европе лишь продолжение традиционной для них «освободительной», «миротворческой» функции, восходящей ко дням открытия второго фронта, сыгравшего якобы «решающую» роль в освобождении народов Европы. При этом и официальные политики, и подыгрывающие им историки беззастенчиво эксплуатируют сам факт вторжения, предпочитая обходить молчанием принципиальный вопрос о сроках его открытия.

Американский историк С. Сульцбергер, например, в книге «Таков мир» утверждает, что это не имеет значения2. Замалчивается длительная борьба, которую вели за открытие второго фронта все честные люди, а также тот факт, что этот фронт не открывался как раз в те периоды войны, когда он был более всего необходим.

Так, ставя все с ног на голову, формируется версия о «бескорыстии» западных союзников, обосновывается «право» США на исключительное положение в мире и руководство им.

Однако эта версия не имеет ничего общего с правдой истории. Она рассчитана главным образом на молодое, плохо знакомое с историческими фактами поколение людей на Западе. С высадкой на рассвете 06.06.1944 года англо-американских войск на северо-западе Франции, в Нормандии, долгожданный второй фронт в Европе был, наконец открыт.

7 июня в своем заявлении по этому случаю главы британской и американской военных миссий в СССР отмечали: «Мы приветствуем наступление этого момента, когда мы можем сказать, что наши главные силы присоединились к Красной Армии на пути к окончательной победе». С этого времени фашистская Германия оказалась вынужденной вести войну не только на Востоке, но и на Западе.

Однако нельзя забывать, что второй фронт был открыт спустя три года после нападения Гитлера на Советский Союз и спустя два года после того, как в Вашингтоне и Лондоне были подписаны соответствующие соглашения о его открытии. Сроки войны, ее жертвы могли бы быть значительно сокращены, если бы западными союзниками выполнялась имевшаяся договоренность. Но этого не произошло.

Причины запоздалого открытия фронта вряд ли могут быть поняты, если западную стратегию военных лет рассматривать в отрыве от тех настроений, которые имелись в правящих кругах Вашингтона и Лондона накануне и в первые месяцы после 22.06.1941 года.

1 The International Herald Tribune, 6.06.1984.
2 Sulzberger С Such a Peace; The Roots and Ashes of Yalta. N.Y.,
   1982, p.94.