Черчилль обманывал своих союзников

Автор: Volkov. Опубликовано в Политика и дипломатия второй мировой войны

w-039Сокрушительный разгром немецких армий под Москвой, зимнее наступление Красной Армии создали реальные предпосылки для обеспечения коренного перелома в ходе войны, значительного сокращения ее сроков.

Фашистскую Германию необходимо было зажать в тиски двух фронтов. Необходимость открытия активных военных действий в Западной Европе стала очевидной не только профессиональным военным, но и широким массам Англии и США.

Слова «1942-й, а не 1943 год должен быть годом открытия второго фронта» стали широко распространенными в Великобритании и Соединенных Штатах. Требование простых людей «открыть второй фронт» было настолько популярным в этих странах, что его поддерживали видные члены парламента, военные, политики.

Лейбористский депутат Ст. Криппс, вернувшийся из СССР и занявший пост лорда - хранителя печати в кабинете Черчилля, заявлял: «Русские армии, несущие огромные жертвы и удерживающие сегодня большое количество немецких армий прямо охраняют нас от опасности нападения и вторжения в Англию. Поэтому, никакая цена не может быть высокой для поддержки замечательных усилий русских»1.

В начале апреля 1942 года Рузвельт писал Черчиллю: «Дорогой Уинстон! Ваш народ и мой требуют создания фронта, который ослабил бы давление на русских; эти народы достаточно мудры и понимают, что русские убивают сегодня больше немцев, чем мы с вами, вместе взятые»2.

Совместные военные усилия СССР, Англии и США, успешное осуществление коалиционной стратегии, к чему стремился советский Генеральный штаб, могли сломить силы общего врага, и 1942 год мог быть решающим в борьбе с гитлеризмом. Англии и США необходимо было в 1942 году подготовить и провести совместные удары по Германии, закрепить победы на советско-германском фронте, сломать хребет гитлеровской военной машине.

Однако, стратегия правительств этих стран сводилась к тому, чтобы открыть второй фронт не ранее 1943 года, а то и в 1944 году. Тем самым они продолжали перекладывать тяжесть борьбы с фашизмом на плечи советского народа.

Иногда раздавались более или менее трезвые голоса. В частности, 01.IV.1942 года высокопоставленные военные США высказались за создание второго фронта на Западе. Но эти планы были настолько неопределенными, туманными, что американский историк Макнейл определил их как «первоапрельскую шутку».

В начале апреля 1942 года в Лондон прибыла миссия Маршалла и Гопкинса. Черчиллю был представлен, правда довольно схематичный, план вторжения во Францию не позднее 01.IV.1943 года. Основные силы должна была выставить Англия: американских войск на Британских островах было недостаточно.

Но, Черчилль не собирался воевать за американцев. На словах он признал план «величественным», предлагаемые операции «великими», на деле не собираясь осуществлять его. Черчилль обманывал не только СССР, но и своего более близкого союзника  США.

Фактически Черчилль выступал даже против локальной операции «Кузнечный молот» - плана атаки на Брест и Шербур. Однако, он считал более целесообразным «запустить когти нашей правой лапы во французскую Северную Африку, рвануть левой лапой по Нордкапу и подождать год, не рискуя сломать свои зубы об укрепленный германский фронт по ту сторону Ла-Манша».

Черчилль любил красивые слова, прикрывавшие неблаговидные дела. Он призывал американских «собратьев по оружию» двинуться в Европу «плечом к плечу в великий крестовый поход за освобождение терпящих муки народов». В действительности ему были безразличны страдания народов Европы, муки советских людей.

1 Parliamentary Debates. House of Commons, 1942, vol.380, col.337.
2 Churchill W. Op.cit., vol.IV, p.281.