В Гаванском порту

Автор: Zasurskii. Опубликовано в Расы и нации

bj-31Заметка о таможенном досмотре в Гаванском порту была снабжена рисунком, изображавшим красивую американку, которую раздевали три таможенника.

Иллюстрация сопровождалась надписью: «Защищает ли наше звездно-полосатое знамя честь наших женщин? Испанские бестии на борту американского корабля срывают платье с очаровательной американской девушки».

Впоследствии выяснилось, что никакой грубости по отношению к девушке допущено не было, более того, ее осматривала женщина - служащая таможни, которая вела себя исключительно корректно.

Фальсификация была настолько очевидной, что корреспондент, приславший в редакцию заметку о таможенном досмотре, возмутился и вознамерился протестовать, за что был немедленно уволен Херстом. Непосредственным поводом к началу военных действий послужил случайный взрыв на американском корабле «Man», стоявшем на рейде в порту Гаваны.

Херстовская печать тут же сфабриковала версию о вражеской мине, подложенной «гнусными и подлыми испанцами». Чтобы заставить поверить читателей в достоверность этой версии, «New York Journal» поместила рисунки и диаграммы, которые должны были наглядно продемонстрировать, где и как водолазы-диверсанты подплыли к кораблю и прикрепили мину.

Спустя несколько лет (после подъема затонувшего корабля на поверхность) было установлено, что на судне произошел взрыв котла и что испанцы никакого отношения к нему не имели.

Известный историк американской печати Ф. Мотт справедливо охарактеризовал деятельность херстовских газет того периода как пример «журналистского джингоизма» («джинго» означает «агрессивно настроенный фанатик-шовинист»). В заключение этой истории следует подчеркнуть, что испано-американская война в соответствии с расчетами Херста привела к присоединению Кубы в качестве протектората к США и способствовала захвату североамериканскими монополиями новых важных рубежей в Латинской Америке.

Прибыли семейства Херстов в результате войны резко возросли. Когда монополистической буржуазии невыгодно прибегать к лозунгам «борьбы за общенациональные интересы», она легко от них отказывается. Как нельзя лучше об этом свидетельствуют действия того же Херста и его печати в период первой мировой войны.

Поскольку он считал английских и французских монополистов нежелательными конкурентами и в их деятельности видел опасность своим экономическим интересам в Латинской Америке, то выступил в войне на стороне кайзеровской Германии. Его печать, несмотря на поддержку правительством США стран Антанты, всячески выражала симпатии немцам.

Прежние шовинистические лозунги, с помощью которых спекулировали на национальных чувствах американцев, на этот раз были херстовскими газетами забыты. Дело дошло до того, что «патриот» Херст стал осуществлять через свою печать специальные психологические акции, задуманные в штабе верховного военного командования Германии.

После победы Великого Октября буржуазный национализм был поставлен в капиталистических странах на службу грубого антисоветизма и антикоммунизма.

Чтобы противодействовать распространению идей Октября, разжечь антисоветские и антирусские настроения, буржуазные пропагандисты рядились в тогу «защитников нации» от угрозы «большевистской заразы», изощрялись в беззастенчивой лжи о положении а стране Советов.