«Эра величия» и скрытая пропаганда

Автор: Zasurskii. Опубликовано в Расы и нации

w-064Японская газета «Mainichi Shimbun» в начале 1895 году писала: «Этот новогодний праздник является началом не только нового года, но и новой эры японского величия».

Таким образом, содержание расистских мифов при всей их многочисленности сводилось к одной идее: существуют высшие и низшие расы, и первые имеют право господствовать над вторыми.

Эту идею расистская пропаганда стремилась сделать догмой общественного сознания в странах монополистического капитала, с тем, чтобы при необходимости было легче манипулировать массами, играя на их расовых предрассудках и предубеждениях. 

Что же касается средств обработки общественного сознания, то до появления радио и телевидения одним из самых массовых по охвату аудитории была буржуазная печать. Именно ею были разработаны основные методы и приемы расистской пропаганды.

Расистская идеология тогда носила официальный характер, поэтому провозглашалась и насаждалась буржуазной прессой открыто. Откровенные расистские заявления встречались и в редакционных статьях, и в выступлениях официальных и неофициальных лиц на страницах газет и журналов, и в тех положениях теоретиков расизма, которые полностью или частично перепечатывались буржуазными периодическими изданиями. Язык такой пропаганды характеризовался обилием оскорбительных и бранных слов, таких, как «обезьяна», «животное», «зверь», «варвар», «дьявол», «ниггер» и т.д.

Широко использовала буржуазная печать и метод скрытой пропаганды:

  • замалчивание, полное или частичное, существования национальных и расовых меньшинств;
  • дискриминацию их как группы, недостойной освещения в печати, не имеющей права голоса в печати, т.е. дискриминацию по объему информации о них;
  • сегрегацию по месту, отводимому на страницах газет и журналов для опубликования этой информации (например, колонка «Негритянские новости» в американских газетах).

Если в Англии, Франции и других европейских капиталистических странах величина «цветного» населения до второй мировой войны была незначительной и буржуазная печать этих стран могла сослаться на данный факт в качестве оправдания, то для прессы США, чье население - одно из самых смешанных и представлено очень крупными группами самых разных рас и национальностей, такое оправдание недействительно.

Замалчивание существования черных, индейцев, групп латиноамериканского происхождения и т.д. в буржуазной печати США было следствием ее расистской ориентации (явной и скрытой), являлось пропагандистским приемом обработки белых читателей в расистском духе, приемом незаметного внедрения в их сознание идеи собственного превосходства и неполноценности «цветных», коль скоро они недостойны даже упоминания или упоминаются в специально выделенных «сегрегированных» рубриках.

В этих рубриках черный фигурировал, как правило, в уголовной, спортивной хронике и новостях о культурной (музыкальной) жизни страны, причем большинство преступлений черных, если верить американским газетам, были сексуального характера. «Негритянские новости» были приемом внушения белому читателю идеи, что черный - это врожденный преступник, сексуальный маньяк, правда обладающий хорошими музыкальными способностями и физическими достоинствами, т.е. «зверь», «животное», «спортсмен», «артист».

Эти идеи, как уже говорилось, американская печать провозглашала и прямо, и в конечном счете белый читатель должен был почувствовать либо ненависть к «черному зверю», либо снисходительное презрение к «ниггеру», не способному ни на что стоящее, по американским стандартам.

Следовательно, «негр должен знать свое место», а если он пробует бунтовать, значит, он или опять «зверь» (ведь его настоящая цель - белые женщины), или «неспособен оценить величайшие ценности белой цивилизации». Впрочем, американская буржуазная печать в этот период предпочитала не писать о черных бунтовщиках.